Закон не по вере

Опубликовано: 21.05.2016 21:19
law-is-not-of-faith

ὁ νόμος οὐκ ἔστιν ἐκ πίστεως

(Гал. 3, 12)

Имел ли Апостол основание объединять все исполнение закона в одной категории «дел», когда закон прямо требовал веры? Почему Апостол, говоря о невозможности оправдаться законом Моисеевым, настойчиво молчал однако о предписываемой им вере? Какое основание имел он думать, что единственным принципом оправдания ддя его противников — законников были «дела закона», когда у них на ряду с последними была и вера?

Основание для этого у Апостола было простое, именно, вера закона есть ничто иное, как «дело закона». Поскольку вера в Бога предписывалась законом, она есть одна из заповедей закона; поскольку же она фактически живет в сердце подзаконного человека, она есть одно из «дел закона».

По идее закона, она возникает в человеке не из чувства собственного бессилия и искания помощи у Бога, а из напряжения води, исполняющей заповедь. Поэтому, основанием и условием веры служит состояние не бессилия, а силы и энергии. Еврейское слово ‘mwnh соответствующее понятию веры, происходит от глагола ‘mn, который в форме каль значит: поддерживать, подпирать, делать что-либо крепким, твердым; в форме нифаль: быть твердым, стойким, прочным, устоять; оказаться верным, праведным; быть верным (есть иное весьма отличное значение этой формы, но оно встречается редко, и о нем речь ниже).

В первой форме глагола верующий является источником силы и опоры для других, во второй — для самого себя. В том и другом случае ярко выступает мысль об основании и источнике веры. Она возникает из состояния нравственной силы и есть исполнение закона, устойчивость в нем, результат волевого напряжения, добродетель. Объект веры здесь уже стушевывается; на первом плане здесь выступает субъект с своею нравственною силою. Поэтому, при этом слове объект указывается редко; и оно так же часто применяется к Богу, как и к человеку. Здесь верующим (т. е. верным) является не только человек, но также часто и Бог (Вт. 32, 4; 7, 9; Иер. 5, 3; 33, 6; 42, 5; Пл. Иер. 3, 23; ср. Рим. 3, 4. 7).

Такому характеру веры, как дела закона, соответствует и содержание ее. Так как весь закон покоился на идее справедливого воздаяния, то он не мог допустить рядом с собой уверенность или надежду на прощающую и оставляющую без наказания милость Божию, так как это разрушило бы его основную идею. Так как, далее, закон необходимо предполагал принцип безусловной самодеятельности, то он не мог терпеть наряду с собой мысли о каком либо ином источнике праведности, кроме собственных сил человека, ибо она подрывала бы его основание. Очевидно, вера, как дело закона, могла состоять лишь в уверенности, что нравственное мироправление, основанное на правосудии Божием, останется ненарушимым и неизменным; она могла быть лишь верою в правду Божию, награждающую добро и наказывающую зло, признанием истинности и силы закона, утешающего праведников и угрожающего грешникам, одним словом, верою, что Бог воздаст каждому «по долгу». Такая вера предполагает, конечно, как непременное условие и необходимое основание, самое исполнение закона. Вне этого вера теряет весь свой смысл. Она есть не что иное, как следствие исполнения закона, выражение праведности. Она представляет собою не столько состояние доверия или упования на кого либо, сколько состояние, возбуждающее доверие других, не столько надежду на прощение, сколько верность закону, исполнение закона, свойство разумного существа сдерживать свое слово и обещание. Такой характер веры, как дела закона, виден из самого значения еврейского слова ‘mwnh. Оно постоянно означает: постоянство, неизменность, твердость, прочность; надежность, поручительство; верность, не нарушающую своего слова, исполняющую свои обещания; истинное и справедливое настроение; обеспечение, выдержанность, правдивость, честность. Для примера см. Пс, 19, 10; Ис. 89, 6; Ис. 2, 12; Пс. 30, 10; 54, 7; 57, 2; 45, 5; Исх. 18, 21; Втор. 82, 4; Исх. 16, 5.; 1Цар. 12, 24. Еврейское слово n’pn соответствующее греческому πιστός, всегда употребляется в значении исполняющего свои обещания или чужие приказания. Неверие и безбожие с философской точки зрения есть глупость (‘rlt глупость — Прит. 12, 23, безбожие — Пс. 38, 6), с религиозной же — неправедность и проступок (rs’ — Пс. 5, 5; 45, 8). Итак вера закона есть иди вообще «праведность закона», собственная праведность, все дело самооправдания, или только частный момент праведности, как «дело закона». Иной веры, в смысле веры в другой источник праведности, закон не требует. «Закон не по вере (ἐκ πίστεως); но кто исполняет его, тот жив будет им» (Гал. 3, 12; Лев. 18,5). Его принципом служит не вера в сторонний источник праведности, а исполнение закона или «дела закона» (εξ ἔργων νόμου).

Таковы существенные черты данного чрез Моисея откровения. Все они не были случайными; но с логической необходимостью вытекали из самой цели откровения. Так как человек веривший еще в целостность своих нравственных сил, и считавший себя способным достичь своими средствами состояния δικαιοσύνη, сознавал нужду лишь в простом теоретическом указании религиозно нравственной нормы, то откровение, по самой природе своей будучи откликом на заветные желания людей, имело своей ближайшей целью — сообщить человеку искомую им истину {σοφία ср. 1Кор. 1, 22) — для применения ее к жизни его собственными усилиями. При такой цели откровение по необходимости должно было явиться в форме закона со всеми присущими ему принципами права — мздовоздаяния и безусловной самодеятельности. Эти принципы закона, согласно с его целью, давали возможность человеку испробовать свои нравственные силы и ответить на вопрос, возможно ли вступление человека в состояние δικαιοσύνη своими собственными силами при простом словесном руководстве Божием? На этот вопрос действительно и дал ответ психологический опыт, бывший следствием настойчивых попыток жаждавших праведности людей — исполнить закон Божий.

Василий Мышцын

Глава из книги

Учение Св. Апостола Павла
о законе дел и законе веры

Примечания

Поделиться ссылкой: